Новая героиня постоянной рубрики «Акцента UK» дебютировала как наш автор, а теперь делится и своей историей эмиграции. До переезда она занималась самыми разными, но неизменно интересными вещами: журналистикой, документальным кино, маркетингом,— а сейчас ведет блог на YouTube, устраивает арт-встречи и развивает свое агентство.
Рассказывает Лизавета Тусжанова, 32 года, журналист, режиссер документального кино из Москвы, переехала в Великобританию в апреле 2025 года по визе зависимого члена семьи:
— До переезда мы не были в Британии, так что это был достаточно рискованный шаг. Из России мы уехали в 2022 году, пожили в разных странах: немного в Турции и Малайзии, довольно долго на Бали, в Индонезии, и почти два года в Германии. Первые страны были практически безвизовые, а в Германию у нас была возможность переехать благодаря корням, и в какой-то момент карьера мужа так сложилась, что у него появилось предложение переехать в Лондон (он работает в продажах в международной торговой компании, хотя часто многие спрашивают, не жена ли я айтишника). На тот момент в нашей жизни переездов уже было слишком много, если честно, и мы очень крепко думали на эту тему, но было какое-то внутреннее ощущение, что стоит попробовать, пока мы в таком возрасте, а не старше. Вопрос, наверное, мы задавали себе так: будем ли мы жалеть потом о том, что не попробовали переехать в Великобританию, или нет? И да, тогда мы поняли, что будем жалеть, и решились на это на свой страх и риск. Представление о стране было у нас такое, какое складывается у любого человека при просмотре фильмов и прочтении книг,— словом, из поп-культуры.
Не могу сказать, что у меня были какие-то проблемы с языком: я училась в английской спецшколе, английского у меня было больше, чем русского, и тот самый акцент RP мне там поставили. Для меня сложнее всего было определить свое место после переезда именно в карьерном плане. То, что я выкладываю в соцсетях, веду свой блог,— это примерно пятнадцать-двадцать процентов того, чем я занимаюсь, лишь визуальная часть жизни, некое хобби. Я маркетолог и продюсер, помогаю продвигаться другим людям, другим блогерам, и этот бизнес я начала, еще проживая в России. Было очень сложно адаптироваться во время первых переездов — и, естественно, каждый раз, когда ты переезжаешь, ты немножечко себя пересобираешь, перепрошиваешь с точки зрения личности и ценностей. То же самое произошло и при переезде сюда. Если раньше я все еще ориентировалась на Россию и клиентов из России, даже работая в таком международном формате, то тут я приняла решение, что хочу именно на этом рынке развиваться. Здесь я открыла свое креативное агентство, но могу честно сказать, что пока клиенты только русскоязычные. Однако я считаю, что это только начало.
Именно в плане простраивания своего личного бренда я решила, что нужно еще и блог вести: это классно, затягивает людей в мою воронку, люди смотрят контент, приходят на консультации, ну и плюс это просто приносит мне большое удовольствие. До эмиграции у меня был кулинарный блог. В январе 2025 года, за несколько месяцев до переезда, я начала вести канал на YouTube — это основная моя площадка (я уже знала, что мы переедем в Лондон). Наверное, самым сложным было перепрошить себя в этом месте, решиться на публичность: в самом открытии агентства нет вообще ничего сложного, это делается онлайн через сайт GOV.UK за три часа. Но принять такое решение — что я хочу работать здесь, и в идеале на британский рынок,— было сложно. Плюс я еще мама, у меня есть дочка, и ей скоро будет восемь лет. Это тоже пункт непростой: мне хотелось и хочется, чтобы, несмотря на все переезды, у нее была классная, полноценная, яркая жизнь. Все решения, которые ты принимаешь относительно ребенка в эмиграции, судьбоносные. Мне было сложно решить, в какую школу мы идем, сохраняем мы немецкий язык или не сохраняем (дочка пошла в первый класс в Германии), как помочь ей здесь адаптироваться и найти друзей — она очень общительная, и для нее это важно.
Намеренно я не ищу здесь знакомств, я довольно интровертный и закрытый человек, и для меня большое удовольствие — проводить время с собой, лишь бы от меня все отстали. Но так как я веду блог, все связи налипают сами. Есть много людей, которые мне просто пишут в личку: «Я живу рядом, пойдем погуляем, давай встретимся». И чаще всего это очень интересные люди — естественно, то, что я транслирую в блоге, привлекает определенный тип людей, чаще всего с моими ценностями. Это неиссякаемый источник. Плюс сейчас я запускаю прогулки по Лондону (первый маршрут будет по Ричмонду) — и вижу, что уже собирается такой круг людей, которым это интересно, и даже те люди, которые не живут здесь или просто приезжают сюда к родственникам, тянутся на подобные встречи. Так что первый вариант — стать самой центром притяжения таких людей.
Второй вариант — так как я очень интересующийся культурой и искусством человек, с бэкграундом режиссера и журналиста, я хожу на разные тусовки. Например, классное пространство «Арка» открыл сценарист Вася Зоркий, там проходит много встреч, просмотры фильмов с разборами, открытие выставок, там проходят и русскоязычные, и англоязычные мероприятия (там, например, я познакомилась с одним интересным парнем то ли из Индии, то ли из Пакистана, он режиссер и учится здесь). Третий способ — я достаточно много хожу на выставки с русскоязычными гидами. Меня, в принципе, устраивает русскоязычное окружение, у меня нет цели знакомиться с британцами, но естественный круг общения с британцами и так возникает, когда у тебя есть ребенок, который ходит в школу. Там у нас, правда, смешанный контингент: есть и приезжие, и британцы,— но все дети дружат и ходят друг к другу в гости. Как знаете, есть такая шутка: если у тебя имеется собака или ребенок, то ты всегда найдешь общение. В принципе, это так.
Дочери было очень тяжело. Особенно сложно дался тот момент, когда она уже пошла в школу в Германии (она в целом хорошо говорит по-немецки), и тут ей сообщают новость, что она переезжает в Лондон, что ей нужно учить еще один язык и что она потеряет всех друзей, которых она за полтора года встретила. Для нее это был большой удар, и мне нужно было быть рядом с ней, объяснять, что такое бывает в жизни и что надо попытаться с этим справиться. Мы старались ей помочь, в том числе через хобби: она ходит три раза в неделю на теннис, занимается плаванием, там общается с британскими детьми. Я знаю, что дети бывают самыми разными, и кому-то переезд крайне сложно дается, даже обучение языку идет с трудом. Но она мегаобщительная, у нее всегда цель — завести друзей и пообщаться, у нее вообще нет блока на то, чтобы говорить с ошибками, и на английском тоже. Она не стесняется этого, и, наверное, умение начинать общение без стеснения ей сильно помогает. Наверное, важно донести ребенку, что мир не враждебный и что никто не осудит, если ты говоришь кое-как.
Мы поселились в Ричмонде: он регулярно попадает в разные рейтинги лучших районов Лондона, до Вестминстера ехать всего тридцать пять — сорок минут. Хотя я понимаю, почему некоторые люди, особенно молодые специалисты, не хотят здесь селиться: это все-таки семейный, расслабленный район. До этого мы жили в Дюссельдорфе, и там нам понравился такой формат небольшого города, где ты знаешь соседей, есть своя любимая знакомая пекарня, нет пробок, улицы не загазованы. Мы боялись это потерять, тем более что о Лондоне ходят слухи, что там много народу и толпы туристов, но оказалось, что город очень разный и что твой опыт жизни здесь очень зависит от района. Но не могу сказать, что, когда мы выбрали Ричмонд, мы вообще отдавали себе отчет, что из себя представляют разные районы. Мы приехали в апреле, компания сняла нам квартиру на месяц, и за это время нужно было найти постоянное жилье. Этим занималась я, потому что муж с первого же дня по прилете вышел на работу в офис. Поиск жилья здесь — это номер один по сложности, просто ад и треш, и, думаю, скоро станет еще сложнее.
У нас был определенный бюджет — не особенно большой, хотя, казалось бы, Ричмонд, говорят, весьма дорогой район. Но мы искали квартиру, а не дом, и тут можно вполне найти что-то в рамках среднего бюджета. Я смотрела разные районы, основными критериями был бюджет и удаленность от работы мужа (он работает не в центре). Здесь просто все сошлось. Я читала, что Ричмонд — крутой, замечательный район, что тут много классных школ с хорошими рейтингами, но я даже не поняла до конца, что получила джекпот, когда нам удалось снять эту квартиру: она стоит 2000 фунтов, в ней две спальни, и за такую цену в Ричмонде снять квартиру — это должно сильно повезти. Уже потом, когда мы здесь поселились и стали гулять, мы поняли, куда попали: это действительно один из лучших районов Лондона. Еще здесь такая разнообразная местность — есть и набережная, и Ричмонд-Хилл с панорамным видом на речку, и вообще с исторической точки зрения это интересный район, на улицах чувствуешь себя как в кино.
Пока мы не очень много путешествовали: ездили в Брайтон, в национальный парк Дартмур в графстве Девоншир, на Севен-Систерс (прошли с дочкой половину двадцатидвухкилометрового маршрута), смотрели Стоунхендж, еще были в Бате. До Шотландии пока не доехали. Я бы, наверное, сказала, что в Великобритании — из всех стран, где я была,— самые подходящие мне природа и погода, хотя климат многие и ругают. Мне нравится драматичность пейзажей, природа здесь правда красивая и разнообразная. А утесы здесь по красоте ничуть не уступают известному балийскому пейзажу, разница только в том, что море холодное.
Бат меня поразил — не с точки зрения визуальной красоты, а именно сохранностью истории. Мы были в банях, которым несколько тысяч лет. Я восхищаюсь тем, как сохраняются здесь музеи, особняки, замки, дворцы, как организованы экскурсии. Сейчас мое любимое место — это Хэмптон-Корт, там можно взять экскурсию и походить с аудиогидом, что тоже интересно; все организовано очень хорошо, всегда есть варианты, где поесть и где остановиться отдохнуть, всегда можно найти отдельный маршрут для ребенка, что тоже удобно. Переплетение, соединение исторических моментов, почтение к старинной архитектуре мне импонируют, потому что, мне кажется, эта связь с прошлым и его переосмысление нас культурно обогащает. Мне кажется, это то, чему нам надо поучиться у британцев.
В Германии мы жили не в столице. Хотя Дюссельдорф — столица федеральной земли, в нем живет всего шестьсот тысяч человек, а в Лондоне — почти девять миллионов. Наверное, это специфика именно Лондона и всех городов-мегаполисов международного формата: когда среди населения больше сорока процентов иммигрантов, абсолютно разных, намного проще интегрироваться и ощутить себя своим. При пересечении с коренными британцами я вижу, что они сразу же понимают, что я иностранка, и это вызывает в них не отторжение, а желание помочь, поучаствовать. Чуть ли не в первый день, когда у нас сломалась зарядка от айфона и мы в центре Лондона оказались без телефона, первый же прохожий нам помог, довел нас до Apple Store. Это желание ощущается постоянно, в том числе и в школьной системе,— например, в том, как приняли ребенка после того, как она приехала в конце первого класса. Это был невероятно радушный прием, и все, что можно было сделать для того, чтобы ее интегрировать, было сделано. Так же и на работе у мужа: все помогали ему адаптироваться. Я ни разу не сталкивалась с враждебностью ни в одной из стран, где я жила, и моя позиция такая: если ты сам нормальный и не пытаешься навязывать что-то вовне, людям неважно, как ты живешь и откуда ты, главное — не вторгаться в чужие личные границы. В Германии, конечно, более консолидированное общество, хоть там тоже много мигрантов, но местное комьюнити, если говорить о Дюссельдорфе, более закрытое, иностранец для них редкость. Даже в классе моя дочь была одной из трех-четырех детей-иммигрантов, остальные были местные. В Малайзии и Турции мы жили не так долго, а если сравнивать с Индонезией, то там скорее ощущение курорта: все местные относятся к приезжим больше как к источнику денег, так что радушие и полное приятие — двигатель их экономики.
Я была впечатлена работой NHS. У меня случился анафилактический шок, дома я начала задыхаться, и муж вызвал мне скорую. Она приехала, наверное, через минуту. Врачи отнеслись ко мне с большой теплотой, так что истории про то, что «будешь помирать — никто к тебе не приедет» оказались неправдой, к нам сразу же примчались, когда услышали, что есть риск остановки дыхания, поставили адреналин, забрали в больницу, прокапали капельницу. Отношение было очень доброе. Я лежала в больницах в Москве и Подмосковье по ОМС — их состояние далеко от состояния лондонской больницы: здесь суперсовременное оборудование, чистые классные простыни, как будто их вчера купили в Marks&Spencer. Но главное — это отношение персонала. Мне даже не дали пешком дойти из скорой до палаты, сказали не строить из себя героиню. Этот случай убедил меня в том, что, если случится что-то страшное, мне помогут. Конечно, я слышала про очереди, и сама я, бывало, не могла записаться к GP, когда не было свободных слотов. Но дело было несрочное — окей, сейчас нет слота, он появится через две недели, я к этому нормально отношусь.
Нам бы хотелось здесь остаться. Я не ожидала того, что я могу полюбить еще какой-то город так же сильно, как и Москву, а я Москву очень любила и до сих пор считаю ее очень классным и очень красивым городом, вне зависимости от других моментов, которые могут меня в ней смущать. Но с Лондоном у меня случилась любовь. Если говорить о далеких планах, хотелось бы, когда вырастет ребенок, попробовать переехать чуть подальше, погрузиться в загородную жизнь в каком-нибудь домике, может быть поближе к морю. Я планирую дальше развивать свое агентство, именно на британских и международных клиентов, развивать блог — это мое самовыражение, и я так проживаю многие моменты лучше: когда я рефлексирую, мне становится проще осознать то, что со мной происходит. История с прогулками меня тоже зажигает: хочется показывать город таким, каким его вижу я. Я много вижу в социальных сетях, причем на разных языках, хайпа и дезинформации на тему того, как в Лондоне грязно и опасно, как много там мигрантов. Я ни в коем случае не отрицаю эти проблемы, но и не считаю, что это происходит повсеместно, многое преувеличено, и на людей нагоняют страх, ведь межнациональная ненависть — мощный рычаг управления людьми, на этом с политической точки зрения можно ехать, уводя фокус с реальных проблем в социалке или в той же медицине. Я хочу этот город показывать именно с моей точки зрения, а я его вижу прекрасным, с огромным количеством возможностей, контрастным (естественно, бедные районы я тоже вижу), но красивым в своем разнообразии. Я считаю, что если быть открытым и подходить без агрессии и ненависти к окружающему миру, то и он в ответ даст тебе очень много.
К режиссуре мне тоже хотелось бы вернуться, но в любом творческом процессе важно самому прожить определенное состояние, сделать какие-то выводы или что-то понять. Я все еще нахожусь в этом процессе, ведь с момента переезда прошел всего год. Как будто этот фрукт еще не созрел, чтобы его сорвать и предложить людям. Но в принципе то, что я снимаю на YouTube, очень близко к документалистике — например, ролики про культуру винтажа и секонд-хендов и отношение британцев к антиквариату, про классовое разделение Великобритании. По сути, я к этому иду, просто пока через YouTube, и, может, потом это выльется в какое-то другое высказывание. Но чтобы зарабатывать так большие деньги, надо на это поставить все, а семью кормить все-таки надо.
Может, кому-то покажется крамольной моя мысль, но не надо выбирать страну только с точки зрения ее экономического благополучия: чаще всего люди делают выбор в первую очередь с точки зрения карьеры. Долгосрочный успех в эмиграции зависит больше всего от совпадения с социальными ценностями, которые в этой стране поддерживаются. Сколько бы мы ни говорили о том, как глобализация размывает понятие ментальности, не всегда это так: в обществе есть сложившиеся нормы. Например, Россия и Китай — более коллективистские сообщества, а Европа более индивидуалистическая. Нужно смотреть на то, что для людей важно, какие есть права и свободы, потому что самый главное откровение для русскоговорящего эмигранта — то, что люди здесь живут в более индивидуалистичном формате. Для них важна их собственная жизнь. Из-за этого возникает стереотип, что британцы неискренние. Нет, вы им просто неинтересны. Они улыбаются вам, но, скорее всего, вообще о вас не думают. В нашей ментальности сильна ориентация на внешнюю оценку и чужое мнение, поэтому здесь многие не совсем понимают эту сторону общества. Советую перед переездом поизучать общественные нормы, историю, поездить в желанную страну (я, правда, не следовала этому совету сама), походить по нетуристическим районам и примерить на себя повседневный быт. Еще важно ориентироваться на себя, на свою интуицию, а не на рассказы блогеров, ведь то, что кому-то подходит, может быть вообще не для вас. Ну и не бояться: очень многие вещи в жизни нам блокирует страх. Если бы мы не решились на этот шаг, у нас не было бы той счастливой жизни, которая есть у нас сейчас.
