Не знаем, как мы жили раньше без ежедневных оповещений о настроении Дональда Трампа, но теперь каждая газета и каждый телеканал считают своим долгом доложить о том, что чувствует президент США. Разозлен он или обижен, а может быть, доволен (но такое случается редко), кто из мировых лидеров расстроил его последним и какую информацию о себе или окружающем мире он перепутал сегодня.
На этой неделе глава Белого дома, например, заговорщическим тоном сообщил журналистам, что Эмманюэль Макрон скоро покинет свой пост. Не то чтобы это было сюрпризом: в выборах 2027 года тот участвовать не сможет, поэтому Трамп нам Америку не открыл. Но это была не просто брошенная вскользь фраза, а ответное накося-выкуси в адрес президента Франции, потому что тот отказался принять участие в разблокировке Ормузского пролива. Затем Трамп оседлал нового, но уже полюбившегося ему конька — возобновил критику британского правительства по тому же поводу. Он, дескать, недоволен действиями Великобритании: та вообще-то должна с энтузиазмом участвовать в восстановлении работы разнесчастного пролива, через который проходят поставки нефти. Хозяину Овального кабинета понравилось кидаться громкими фразами. Великобритания, по его словам, считалась роллс-ройсом среди союзников, но теперь им не является. Как вам такое заявление? На случай, если оно не зайдет публике, президент решил закрепить успех предыдущего афоризма и повторил, что Стармер — это не Уинстон Черчилль. Есть ощущение, что мы будем слышать это до тех пор, пока американский лидер не найдет новое сравнение.
Трамп также хотел бы, чтобы вы знали: он фактически выиграл войну с Ираном. Или нет, но уже скоро выиграет. Показания пациента меняются ежедневно. Три дня назад он говорил, что война значительно опережает график, два дня назад — что она продлится от четырех до шести недель, день назад — что США уже победили, но еще недостаточно. Операция идет настолько успешно, что американский президент пытается шантажировать государства НАТО и предупреждает: их ждет очень плохое будущее в случае отказа направить военные корабли в регион. В случае полномасштабной мировой войны перспективы же будут исключительно радужными — так, получается? Впрочем, выступая в Вашингтоне, наш крикливый стратег добавил: в некоторых случаях он спрашивает мировых лидеров, готовы ли они помочь в решении проблемы с Ормузским проливом, не потому, что они нужны США, а потому, что он хочет узнать, как они отреагируют. Здравый смысл в этих изречениях искать не стоит, он, как говорится, вышел из чата.
Все это было бы смешно, если бы не было так грустно. Каждая такая новость напоминает, что мы заложники эксцентричного царька с непредсказуемыми требованиями. Война, возглавляемая США и Израилем (оба государства входят в основанный Трампом, прости господи, Совет мира), распространилась на десяток стран, а ее цели до сих пор неясны. Становится понятным, почему корреспонденты и обозреватели цепляются за каждое слово Трампа: они пытаются найти хоть какую-то логику в происходящем. Видимо, совсем скоро нас будут информировать, хорошо ли поел и поспал американский президент: если тосты подгорели, значит, жди роста пошлин, если встал не с той ноги, то грядут новые удары по иранским военным силам и контратаки Тегерана.
Положение Соединенного Королевства на мировой арене, к несчастью, не позволяет нам отвлечься от этой войны. Никогда бы не подумал, но я скучаю по временам, когда новостные заголовки были посвящены протестам фермеров, с завидным упрямством штурмовавших Вестминстер на тракторах. Теперь же это водители легковых автомобилей, которые штурмуют автозаправки, опасаясь роста цен. Новости сегодня касаются исключительно войны в Иране и ее скорых последствий — очередного энергетического кризиса, роста счетов за коммунальные услуги, а также попыток властей предугадать, чем обернется критика американского президента, ограничится ли дорогой друг Дональд упреками или разорвет какую-нибудь сделку. За три недели война сбила инфляцию с курса, который долго и тщательно выстраивал Банк Англии, уже сорвала вероятное снижение процентных ставок и привела к пересмотру стоимости ипотечных кредитов. Политические прения внутри страны не потеряли остроты, но круг обсуждаемых тем значительно сузился. Левые силы критикуют лейбористов за недостаточно резкий отпор США, правые силы ругают их за нежелание сближаться с Вашингтоном. А ведь конца этому бедламу пока не предвидится.
В отличие от предпринимателя и шоумена, парадоксальным образом попавшего на верхушку политического олимпа, у нас мало возможностей диктовать условия другим и кидаться оскорблениями с мировой арены. Все, что мы можем,— надеяться, что одним прекрасным утром зачинщику надоест этот конфликт и он подыщет себе новую, не смертоносную игрушку.
